Один канал

Перевод: Шриман Муралишвара  дас

 

Многие наши преданные, что вполне естественно, приходят в изумление, видя расхождения между мной и так называемым Советом Ачарий Шри Чайтанья Сарасват Матха.

 

Некоторые люди описывают эти различия как «политику», «борьбу за власть», «борьбу за положение», «признание» и тому подобные мирские достижения.

 

Я считаю подобное понимание поверхностным.

 

По моему мнению, конфликт, который вы наблюдаете, – это конфликт двух совершенно разных концепций Шри Чайтанья Сарасват Матха, линии преемственности Шри Чайтанья Сарасвати, или, если говорить более конкретно, – духовной линии нашего непосредственного предшественника, Шрилы Говинды Махараджа.

 

«Совет Ачарий» пытается утвердить принцип, согласно которому его члены свободны изменять в высшей степени конкретные и точные указания нашего Гурудева, Шрилы Говинды Махараджа, данные им в его «Последней воле и завещании».

 

Моя последовательная позиция такова: подобное поведение – прямое отклонение от Божественных наставлений, данных нам Шрилой Гурудевом.

 

Совет Ачарий пытается предать меня анафеме («осудить»), заявляя:

 

«не признавайте его (меня)  лидером Шри Чайтанья Сарасват Матха».

 

Наши расхождения во взглядах очевидны.

 

Они утверждают, что я не являюсь Ачарьей Шри Чайтанья Сарасват Матха и называют следующие причины:

 

Я провожу «дезинформационную кампанию, публично критикуя Шрилу Ачарью Махараджа и Совет Ачарий».

 

Считать мою критику другого Ачарьи оскорблением смехотворно.

 

Должен ли я вместо этого повторить слова Шрилы Гуру Махараджа: «Да мне нассать на ваш Джи-би-си» (Международный Совет Ачарий, в данном случае)?

 

Был ли он оскорбителем потому, что заявил подобное своим духовным братьям?

 

Если бы я адресовал такое замечание МСА, согласились ли бы его члены с тем, что я просто перефразирую слова Шрилы Шридхара Махараджа?

 

Подобное обвинение с их стороны кажется мне настолько банальным, что я изумляюсь. Как говорится: «И это всё, на что вы способны?»

 

Однажды я спорил с одним из самых уважаемых лидеров нашей Миссии на глазах у Шрилы Гурудева. Он не пытася остановить нас. Он не сказал, что мы «оскорбляем» друг друга. Когда разговор закончился, Гурудев заметил: «Гири Махарадж подобен Брюсу Ли. Внешне он хрупок, но внутренне подобен стали; внутренне он очень силён».

 

Гурудев знал мою природу. Он хвалил мою способность оставаться в одиночестве и сохранять верность принципам. Однажды он сказал обо мне (пересказываю своими словами): «Даже будучи один, он остаётся непреклонным. Возможно, он самый сильный из них всех».

 

С другой стороны, Гурудев никогда не говорил мне идти на компромиссы с чужими идеями. Скорее, он вдохновлял меня оставаться в стороне и идти своим путём.

 

И кто сказал, что Совет Ачарий будет решать, что есть информация, а что – дезинформация?

 

Разве мы не можем решить это сами для себя?

 

Мы все пришли к стопам нашей гуру варги, опираясь на нашу способность решать, что правда, а что – нет.

 

После многих лет практики Сознаня Кришны под руководством и опекой нашего гуру, то самое, что привело нас к его лотосным стопам – способность отличать подлинное духовное учение от ложного – уменьшилась или улучшилась?

 

Вместо того, чтобы улучшить эту способность, неужели мы все до такой степени лишились рассудка, что  более неспособны самостоятельно решать, где истина, а где ложь?

 

Должны ли мы теперь выбросить на помойку наши духовные достижения, знания и совесть, для того, чтобы следовать телесной преемственности вместо преемственности бхакти?

 

Неужели из поклонников сути (субстанции) мы превратились в поклонников формы?

 

Именно об этом конфликте идёт речь, разве нет? Это не политические игры, но дискуссия о форме и сути. А именно, что есть что.

 

Что является сутью: моё понимание «Последней воли» Гурудева или понимание реальности, декларируемое членами Совета Ачарий?

 

Похоже,  некоторые из вас считают, что настало время выкинуть мозги в мусор, отойти в сторонку, насладиться зрелищем схватки, и а затем последовать той стороне, победа которой будет решена числом голосов, сторонников или на основании иного количественного показателя.

 

Если речь идёт об этом, то не лучше ли стать индуистом, мусульманином или католиком? Число последователей индуизма, ислама и христианства не идёт ни в какое сравнение с малым числом последователей Гаудийа Вайшнавизма.

 

Одни занимают вышеописанную позицию; другие, похоже, думают: «Мы неквалифицированны обсуждать эти предметы; они недоступны нашему пониманию».

 

Разве рассматриваемые вопросы более значительны или трудны для понимания, чем вопрос о том, кого следует принимать в качестве гуру? Разве вы не думаете, что способны самостоятельно решать это?

 

Почему вы чувствуете, что квалифицированы обсуждать и решать, какого гуру вам принимать вашим вечным духовным руководителем, но неспособны понимать предметы, которые я затрагиваю?

 

Простите меня, но подобное позиция кажется неподобающей для подлинного ученика подлинного гуру. В своей критике других Ачарий я пытался оставаться в пределах того, что я считаю прямым доказательством отклонения от наставлений Гурудева.

 

Обуреваемый эмоциями, я мог невольно выйти за эти границы. Однако я избегал явной критики, которую мог бы себе позволить  – скажем, называть их оскорбителями Гурудева, гуру бхоги, асара (бесполезными) и проч.

 

Напротив – я сделал всё возможное для того, чтобы привести всевозможные свидетельства из священных писаний, наставлений наших гуру и особенно из «Последней воли» Шрилы Гурудева, – свидетельства об истинном пути, которому необходимо следовать, если человек хочет быть искренним учеником Шри Гуру, будь то Шрила Говинда Махарадж или любой другой подлинный гуру-Вайшнав.

 

Почему я постарался вести себя столь сдержанно? Потому что я прекрасно знаю, что ограничен. Моя вера в это столь же сильна, как вера во всё, что я сказал.

 

По мере того, как страсти накаляются и «Совет Ачарий» всё больше отклоняется от наставлений, данных нам Шрилой Говиндой Махараджем, я всё более отчётливо вижу, то этих людей можно почти безошибочно отнести к категории гуру бхоги.

 

Однако я не утверждаю это как факт. Это очень серьёзное обвинение, равно как и «оскорбитель».

 

То, что это джентльмены отклонились от пути указанного Шрилой Гурудевом, не подлежит сомнению.

 

Сказать, что они суть гуру бхоги, означает, что они не только отклонились,  но их отклонение настолько серьёзно, что сам Шрила Гурудев рассматривает их в качестве эксплуататоров его преданных, имени, собственности и духовных качеств.

 

Лично мне моя совесть не позволяет выдвигать против них подобные обвинения, хотя именно в этом они фактически обвиняют меня.

 

Вместо этого я предпочитаю пытаться проинформировать преданных нашей Миссии о фактах, филосфии и той части учения наших гуру, которая относится к обсуждаемым вопросам.

 

Я прилагаю максимум усилий, чтобы утверждать как факт лишь то, что могу подкрепить доказательствами. Я могу доказать, что члены «Совета Ачарий» отклонились от наставлений Шрилы Гурудева.

 

Дело может принять такой оборот, что я почувствую, что способен доказать: они суть гуру бхоги или нечто подобное. Естественно, мне хотелось бы избежать этого.

 

Если же я почувствую, что вынужден совершить подобный шаг, чтобы сохранить «Один канал Шри Чайтанья Сарасват Матха», тогда, конечно, я сделаю ради этого всё, что в моих силах.

 

В конечном счёте, каждый из нас должен решить для себя, что есть что.

 

Я пытаюсь представить информацию, которая будет нам полезна. Я чувствую, что это мой долг в качестве слуги Шрилы Говинды Махараджа, его преданных, верных последователей и его Миссии.

 

Должен признаться, что у меня есть собственная точка зрения на происходящее и свидетельства, которые я представляю, подкрепляют эту точку зрения.

 

Тем не менее, свидетельство есть свидетельство, и каждый из нас решит, насколько оно существенно и весомо.

 

Если человек внимательно изучит наставления предыдущих Ачарий, то я верю, что он, будучи искренним преданным и последователем нашего возлюбленного Шрилы Говинды Махараджа, будет беспрепятственно следовать «Одному каналу Шри Чайтанья Сарасват Матха». Сам я пытаюсь идти в этом направлении.

 

«Я хочу ясно выразить то, что считаю истиной. Я не хочу никого беспокоить, поэтому, если кто-то приходит ко мне со своими собственными представлениями, то я могу до известной степени его извинить. Но  извинить и пойти на поводу – разные вещи; скорее, я не желаю иметь ничего общего с настроением других. Кто-то совершает в своём матхе сахаджийа-санкирттан, но я не могу допустить подобное в Шри Чайтанья Сарасват Матхе. Речь идёт о том, что служение Рупануга Сампрадайе, совершаемое Шрилой Гуру Махараджем, носит уникальный и исключительный характер, и я не могу отклониться от этого явления. Я должен следовать наставлениям Шрилы Гуру Махараджа – таково моё мнение». – Шри Гаудийа Даршнан, День Ухода Шрилы Шридхара Махараджа, 1996 г.

 

Мыслимо ли, что доверенные ученики возвышенного Гаудийа Вайшнава гуру, ученики, гуру которых признавал их способность представлять самые утончённые положения Гаудийа Теизма, «Рупануга Вайшнавизма», могли столь радикально отклониться от наставлений гуру и даже проповедовать идеи, диаметрально противоположные сиддханте их гуру?

 

Могли ли эти видные ученики оставить «Один канал»? Шрила Шридхар Махарадж отвечает на этот вопрос.

 

83.07.25.D @35:12

«Но, я думаю, когда он (Ананта Васудева) начал безжалостно притеснять нас… мы были невинными людьми… и он начал притеснять нас безжалостно, и Прабхупада покинул его.

 

А когда он покинул Васудеву, то что последнему оставалось? У него не было иной альтернативы, кроме как пойти против Прабхупады и стать сахаджийа, вернуться к своей семейной традиции, сахаджийаизму.

 

Он происходил из семьи сахаджийа, и из-за того, что он притеснял и оскорблял нас, невинных последователей Прабхупады, то Прабхупада покинул его. Таково моё заключение.

 

Я думал, что он квалифицирован. Прабхупада тоже много раз говорил: «Одному человеку известны мои пути, и этот человек – Васудева.

 

Когда он (Шрила Сарасвати Тхакур) совершал Хари катху, то Васудева цитировал шлоки, которые должны были понадобиться Гуру Махараджу на очередном этапе развития его мысли.

 

Впоследствии я тоже мог делать это. Но в начале, мы видели, он цитировал шлоки, подходящие утверждения священных писаний, помогая таким образом Прабхупаде.

 

Прабхупада сказал: «Одному человеку известны мои пути». Таким было его замечание. Кроме того, когда Прабхупада покидал этот мир, то он сказал: «Васудева может помогать».

 

Такими были его последние слова. Васудева должен помогать Сундарананде и профессору Санйалу проповедовать истинное учение Прабхупады.

 

Таким образом, Васудева Прабху имел некоторое представление о природе Рупануга бхаджана.

 

Но, как бы там ни было, я считаю, что Прабхупада не потерпел то, что он стал притеснять нас.

 

Мы, члены второй группы, были невинными людьми, мы не стремились к собственности, в отличие от Кунджы Бабу.

 

Мы не хотели собственности, нас интересовал принцип, таттва, принцип Матха. Однако нас безжалостно притесняли.

 

И потому Прабхупада отвернулся от него, и ему (Васудеве) не оставалось ничего другого, кроме как стать врагом Прабхупады».

 

Свами Б. K. Гири